(1894-1964)
Математик, основатель кибернетики
В ПРЕДДВЕРИИ СОЗДАНИЯ ИСКУССТВЕННОГО ИНТЕЛЛЕКТА

      Винер был чуть ли не вдвое старше других героев нашей книги, когда вышел его фундаментальный труд со звонким названием «Кибернетика». Впрочем, чтобы создать «Кибернетику», надо было пройти долгий путь.
      Норберт Винер родился 26 ноября 1894 года в округе Колумбия, штат Миссури. Его родители были выходцами из Белостока. Отец Норберта служил профессором на кафедре славянских языков и литератур в Гарвардском университете. Он стал известным специалистом в области языковой интерференции и ко всему прочему перевел на английский язык «Путешествие из Петербурга в Москву» Александра Радищева. Однако, может быть, самым значительным достижением Лео Винера было то, что он воспитал в своем сыне неугасимую потребность в знаниях. Позже Норберт вспоминал: «Когда я переставал учиться, мне казалось, что я перестаю дышать. Это было сродни тупому инстинкту». Такого поразительного результата отец достиг ценой неустанных усилий. Он применил в воспитании малыша все самые передовые педагогические методики. Часто такое родительское «внимание» терпит провал, но у этого настырного отца сын оказался действительно талантливым.
      Маленький гений учился говорить одновременно по-английски, по-русски и по-еврейски. В четыре года он уже бегло читал, а в семь написал первую «научную работу» — трактат по проблемам дарвинизма. Норберт поглощал «взрослые» книги с аппетитом, достойным конфет и пирожных. К десяти годам он перечел всю обширную отцовскую библиотеку и мог часами декламировать произведения классических поэтов или рассказывать о кругосветных путешествиях эпохи Великих географических открытий.
      Домашнее воспитание практически заменило мальчику школу — системного среднего образования он так и не получил. Но уже в одиннадцатилетнем возрасте Норберт стал студентом престижного Тафт-колледжа. Учиться ему было легко, зато непросто складывались отношения с взрослыми сокурсниками. Они не только подтрунивали над узкоплечим очкариком, но и откровенно над ним издевались, поскольку его еврейская фамилия Винер была созвучна с весьма неприличным английским словом.
      В четырнадцать лет, всего через три года после поступления, Норберт с отличием закончил колледж и стал студентом Гарвардского университета, который окончил также досрочно — к восемнадцати годам, защитив докторскую диссертацию по математической логике.
      Восемнадцатилетний доктор Винер читал лекции в Корнельском и Гарвардском университетах. А еще через год его пригласила кафедра математики Массачусетского технологического института. Этому престижнейшему учебному заведению, настоящей колыбели современных знаний и многих великих ученых, Норберт Винер остался верен до конца. А начал он здесь свою карьеру с должности ассистента профессора.
      Большую роль в формировании не только взглядов, но и самой личности Винера сыграла командировка в Европу, так сказать, «для повышения квалификации». Будущий отец кибернетики стажировался в Кембридже у великого математика и
      мыслителя Бертрана Рассела и не менее знаменитого знатока точных наук Годфри Карди, но особенно много дало Норберту общение с блестящим немецким ученым Давидом Гильбертом, известным своей убежденностью в единстве математики и естествознания.
      В Европе юноша пережил, судя по всему, острейший кризис взросления, как говорят психологи. Достигнув в математике немалых высот, он вдруг усомнился в своем призвании и стал писать стихи. При этом средства к существованию Норберт добывал репортерским трудом в околоуниверситетской газетке, а также давал уроки менее способным детям, чем некогда был он сам. В то время в Европе нарастала тревога: вот-вот могла вспыхнуть война. Эта атмосфера мешала умственным изысканиям ученого, и он вернулся в Штаты, на родную кафедру Массачусетского технологического института.
      Винер прятался от политики и предавался умозрительным изысканиям, не замечая ни кризиса, ни Великой депрессии. «Чистый ученый» успел к тому времени стать профессором Гарвардского, Корнельского, Колумбийского, Брауновского, Геттингенского и еще ряда менее известных университетов, кроме того, заведовал кафедрой в своем любимом институте.
      В период между мировыми войнами из-под пера Винера вышли сотни статей. В широкую область его интересов попали ряды и интегралы Фурье, теория потенциала, теория чисел, обобщенный гармонический анализ, теория вероятностей и статистика, многие другие области математической науки.
      Как ни странно, чисто теоретические работы Винера по теории вероятностей в скором времени находят практическое применение. Во время Второй мировой войны исследователь занимается построением детерминированных стохастических моделей по организации и управлению американскими силами противовоздушной обороны. Исходя из теории вероятностей, Винер предложил отказаться от принятой практики ведения огня по отдельным целям: в условиях реального боя это имело низкий КПД. Винер разработал новую действенную вероятностную модель управления зенитками. Причем, заметьте, мощного инструмента в виде компьютера на вооружении Винера еще не было. Его модель, по сути, теоретически обосновала систему самонаведения.
      В 1948 году выходит фундаментальный труд Винера «Кибернетика». Ученый не только вводит в научный обиход сам термин, но и раскрывает его значение. По Винеру, кибернетика — это наука об управлении, связях, обработке информации в технике, человеческом обществе и живых организмах и биологических популяциях. Ученый открывал пути к созданию искусственного разума и управлению им.
      Ядром кибернетики являются такие известные сегодня понятия, как теория информации, теории алгоритмов, автоматов, распознавания образов, оптимального управления.
      Говорят, что путь к революционным выводам Винеру подсказал случай.. Норберт любил животных и особенно маленьких грызунов. Он с удовольствием за ними наблюдал. И вот как-то раз, следя за «знакомой» мышкой, отправившейся в очередной поход по лабиринту, сооруженному в соседней — биологической — лаборатории, Винер заметил, что зверек уже не тыкается во все тупики, не повторяет неверные ходы, а смело идет вперед по закоулкам. Из этого Винер сделал эпохальный вывод: «Мышь в лабиринте представляет собой пример самообучающейся системы». И он теоретически обосновал искусственную «мышь», а эта почти сказочная история стала хрестоматийной. В учебниках она так и называется «Мышь в лабиринте».
      Винеру удалось подвести общую концептуальную базу под схемы, определяющие поведение живых организмов, решающих конкретные задачи, и схемы, характеризующие процессы управления в сложных технических системах. С точки зрения кибернетики эти столь непохожие процессы оказались практически идентичными. Он пошел дальше и убедительно доказал, что одни и те же положения лежат в основе социальных моделей управления и моделей управления в экономике.
      Идея великого ученого отразились в его скорее философском, чем математическом труде «Кибернетика и общество». Именно эта работа была признана «библией буржуазной лженауки» и надолго заклеймена пламенными приверженцами диалектики. По иронии судьбы, сам «отец кибернетики» считал социальные науки наихудшим полем приложения для своих законов.
      Совместно с Клодом Шенноном, впоследствии автором энтропийной теории информации, Норберт Винер ввел понятие «бит», характеризующее единицу информации.
      Винер получил широкое признание. Его идеи были приняты «на ура» и отмечены многими наградами и премиями, в том числе Золотой медалью ученого — высшим знаком признания для исследователя в США. Вручая ее, президент Джонсон говорил: «Ваш вклад в науку на удивление универсален, ваш взгляд всегда был абсолютно оригинальным, вы потрясающее воплощение симбиоза чистого математика и прикладного ученого».
      В конце жизни создатель кибернетики вдруг вспомнил, что он сын филолога, и наконец пошел по стопам отца. Из-под пера ученого вышли два произведения — роман «Искуситель» и философское эссе «Творец и Голем». Мудрый старик всерьез испугался своего «детища» — той «нечеловеческой мысли, которая поселилась рядом с человеческой и стала мегодично изживать ее. В полном соответствии с гениальным афоризмом Гоголя «Я тебя породил, я тебя и убью» Винер, предложил собратьям по естественному разуму услуги по борьбе с «киберугрозой».
      Но никто его не услышал…
      Весной 1964 года Норберт Винер скончался в Стокгольме.
      Приставка «кибер» скоро станет во всех языках такой же обычной, как «аква» или «аэро».